Ожидаем приезда центральных властей. [...] От имени представляемых нами коллективов мы заявляем, что хотим как можно скорее приступить к работе, но как полноправные граждане, являющиеся действительными сохозяевами предприятий.

Во время собраний МЗК в помещении Безопасности труда и производственной санитарии я сразу понял, что люди слишком переполнены эмоциями, слишком возбуждены, чтобы можно было провести какую-либо серьезную. дискуссию и принять обязывающее всех решение. Это был такой своеобразный церемониал: двери открывались, я проходил через середину зала к столу, стоявшему на невысоком возвышении, резко поворачивался в сторону зала, секунду молчал, а потом говорил, что открываю заседание Межзаводского забастовочного комитета и предлагал спеть гимн. Зал вставал и все хором пели гимн. И буквально те же люди, которые еще десять минут тому назад готовились к резким выступлениям вроде «мы им покажем», теперь, после дискуссий в небольших группах, без протеста принимали решения.

Трудно передать словами атмосферу, которая в тот день царила на верфи: серьезность, сознание того, что начинает происходить что-то важное, что-то необратимое и великое, в чем участвуют и за что отвечают все, собравшиеся на верфи... Когда в 17.00 или 18.00 была объявлена вечерняя молитва, у ворот оказались все и все молились: молитва стала актом веры в справедливость начатой забастовки [...]. В этих молитвах принимали участие верующие и неверующие, это был голос и пение борющихся и верящих в свое правое дело: внутри находились бастующие рабочие, делегаты от всех представленых в МЗК предприятий, журналисты из всей Европы, сочувствующие (вроде меня), а за воротами - жители Трехзградья, приезжие, отдыхающие на Побережье и туристы.